ХАРЬКОВ

Выселяйся кто может

0

Сегодня в городе в ветхих домах живут 10 тысяч семей. И цифра вроде бы не угрожающая, и «ветхий дом» звучит совсем не так, как аварийный. Но это только пока ванная не провалится к соседям на этаж ниже. Как это произошло на улице Культуры,10, где отец и сын вместе с полом ванной комнаты рухнули в подвал дома. Пока нет жертв, проблема ветхого жилья остается лишь одной из коммунальных неурядиц города. Ее решали, решают и будут решать.

Быстро и бесплатно

Как один из вариантов, городские власти предлагают ветхие дома инвесторам: если коммерческая фирма покупает аварийное здание, она обязуется расселить жильцов в другие квартиры. По словам первого вице-мэра Евгения Гриневича, сегодня бизнесмены ветхим жильем интересуются редко, а те единицы, которые все-таки приобретают ветхие дома, часто не могут договориться с жильцами.

Дом № 8 по улице Гамарника был признан аварийным еще в семидесятые, но шанс переехать из коммуналки с заколоченными окнами и трещиной во всю стену люди получили только тогда, когда у здания появился частный хозяин. Большая часть жильцов с радостью переехала если не в лучшие, то, по крайней мере, в безопасные квартиры. Три семьи живут в аварийном доме до сих пор, две из них категорически отказываются переезжать из центра на окраину. Андрей Рябцев, который прописан на Гамарника, 8 больше тридцати лет, сменить адрес, в принципе, согласен, но говорит, что ни один из предложенных новыми хозяевами вариантов его не устроил. «Показывали нам квартиру на Холодной горе, — рассказывает

Андрей, — там все разбито и развалено. На такое мы, конечно, не согласились, хотя и страшно дальше жить в аварийном доме». За две комнаты на Гамарника, рассказывают жильцы, им предлагают 8 тысяч долларов. Ничего приличного, уверены люди, за такие деньги не купишь.

Долго и дорого

Дом по адресу Полтавский шлях, 3 чуть ли не единственный, который город решил восстановить за бюджетные деньги. Начали с ремонта крыши: рабочие говорят, гвозди в потолочных балках еще дореволюционные, кованые. Чиновники обещают провести полную реконструкцию здания, жильцы говорят, что это вряд ли возможно. То, что снаружи выглядит просто как старый дом, со двора больше напоминает с трудом сохраняющие форму развалины: угол дома покосился, а стены залатаны всевозможными подручными материалами, от листовой жести до полиэтилена. Но ремонтом крыши люди довольны, рассказывают, что в дождливую погоду в туалет (в этом доме он один на несколько квартир) приходилось ходить с зонтом.

Еще одна обнадеживающая новость для тех, кто стоит в очереди на отселение: впервые за много лет городские власти собираются строить новый дом в следующем году на бюджетные деньги.

Снести нельзя восстановить!

Даже если каким-то чудом городу удается самостоятельно расселить жильцов, избавиться от ветхого здания не так просто. Старый дом на Кузнечной, 22 простоял пустым почти год, потому что официальное заключение гласило, что здание подлежит реконструкции. И только когда под влиянием дождя и снега там обрушились перекрытия, дом на Кузнечной разрешили сносить. Пока искали деньги, здание рухнуло само собой, однажды ночью там начался пожар и огонь с водой завершили то, что начало время.

У районных властей проблем со сносом ветхих сооружений в два раза больше. На попечении райисполкомов сегодня находятся десятки аварийных бомбоубежищ, избавляться от которых чиновникам категорически запрещает МЧС. После терактов в Америке 11 сентября 2001 года Министерство по чрезвычайным ситуациям настаивает на реконструкции абсолютно всех, как их называют в МЧС, защитных сооружений.

Бомбоубежище на харьковском протезном заводе могло бы быть образцово-показательным, по крайней мере, если судить по количеству денег, которые предприятие вложило в реконструкцию помещения. За то время, пока существует бомбоубежище, грунтовые воды в этом районе Харькова поднялись почти на метр. По словам главного инженера предприятия, избавиться от воды, которая пробивалась через пол убежища, на заводе пытались несколько лет. Перепробовали все известные методы, в том числе и экспериментальные, как, например, уникальный опыт тогда еще Ленинградских строителей: пол бомбоубежища обрабатывали специальной глиной, которую в Советском Союзе добывали только в одном карьере. Остановить воду протезному заводу помогали и специалисты метрополитена. В результате всех экспериментов пол в бомбоубежище стал выше на шестьдесят сантиметров, а вода все равно прибывала.

Эксперты из института Харьковпроект выдали районным чиновникам официальное заключение о том, что убежище протезного завода восстановлению не подлежит. Документы послали в министерство вместе с просьбой выдать разрешение на снос бомбоубежища, но в МЧС ответили: защитное сооружение необходимо восстановить. Как и за чей счет — в министерстве не уточнили. Теоретически все убежища в стране — собственность государства. Большая часть из них находится на территории коммерческих предприятий. Вкладывать деньги в защитные сооружения хозяева бывших заводов, а нынешних акционерных обществ чаще всего отказываются, говорят, убежища на баланс не принимали, а значит, это проблема районных властей и МЧС.

10740
комментарии powered by Disqus

Останні новини

20:09

Четыре села из 10-километровой зоны вокруг арсенала уже безопасны

19:25

Дело налоговиков, обвиняемых в сборе «дани» с фермеров, ушло в суд

18:50

Пожар на балаклейском арсенале полностью локализован - Минобороны (ФОТО)

17:25

На границе задержали несовершеннолетнего проводника нелегалов

16:35

Смертельное селфи. Харьковчанка выпала из окна

Погода
Погода в Харькове

влажность:

давление:

ветер:

Партнеры портала

Price.ua - сервис сравнения цен в Украине
 

   Copyright © 2015 «Комментарии:», все права защищены

Система Orphus